14 июня 2020, 00:00

Коронавирусная болезнь 2019 (COVID-19): кожные проявления и вопросы, связанные с дерматологической помощью

Коронавирусная болезнь 2019 (COVID-19): кожные проявления и вопросы, связанные с дерматологической помощью

Оригинал: UpToDate

Авторы: Steven R Feldman, Esther E Freeman

Опубликовано: 14 июня 2020, UpToDate

Перевод: Наталья Квадрициус, Фонд профилактики рака

Введение

Коронавирусная болезнь 2019 (COVID-19), вызванная тяжелым острым респираторным синдромом коронавирусом 2 (SARS-CoV-2), подняла множество критических вопросов в дерматологии и дерматологической помощи. Решение этих вопросов является необходимым, но также вызывает ряд сложностей из-за недостатка прямых данных, на которых можно основывать рекомендации [1].

В этой теме будут обсуждаться вопросы, связанные с дерматологической помощью во время пандемии COVID-19. Другие аспекты, касающиеся инфекции SARS-CoV-2 и ведения пациентов, подробно обсуждаются отдельно:

Кожные проявления COVID-19

Исследование серии случаев со всего мира позволило выявить целый ряд потенциальных дерматологических проявлений COVID-19 [2,3]. Частоту (в пределах от 0,2 до 20,4% случаев) и сроки кожных проявлений COVID-19 трудно установить [4-6]. Также неясной остается связь некоторых кожных проявлений с тяжестью заболевания [7]. Кроме того, нельзя исключать, что у некоторых пациентов наблюдаемые кожные проявления могут представлять собой кожные реакции на многочисленные методы лечения, используемые для лечения COVID-19 [7,8].

Регистр COVID-19 Американской академии дерматологии, являющийся результатам сотрудничества между Американской Академией Дерматологии и Международной лигой дерматологических обществ, пытается сопоставить случаи и лучше определить кожные проявления COVID-19 [9]. (См. раздел "Реестры" ниже)

Подтвержденные дерматологические проявления COVID-19 включают:

  • Экзантематозная (морбиллиформная) сыпь. В нескольких случаях морбиллиформная сыпь, чаще всего поражающая торс, была зарегистрирована как наиболее распространенное кожное проявление COVID-19 [2,3,5,10,11]. Сыпь отмечалась либо в самом начале заболевания, либо, что более часто, после выписки из стационара или сразу после выздоровления [5].
  • Перниоподобные поражения периферических поверхностей. Перниоподобные (обморожение-подобные) поражения периферических поверхностей ("ковидные пальцы") были описаны у пациентов всех возрастов с подтвержденным или подозреваемым COVID-19, в отсутствие воздействия холода или основных условий, связанных с обморожением [2,3,12-17]. Наше понимание патогенеза этих поражений все еще находится в стадии исследования, хотя это, по-видимому, в первую очередь воспалительный процесс [3,15,17,18]. Они представлены в виде эритематозно-фиолетовых или пурпурных макул на пальцах, локтях, пальцах ног и латеральной части стоп с или без сопутствующих отеков и зуда (Рисунок 1). Нормализация может произойти через две-восемь недель. У пациентов с впервые выявленными перниоподобными поражениями, не имеющими других явных причин, необходимо провести тестирование на наличие коронавируса 2 тяжелого острого респираторного синдрома (SARS-CoV-2) методом полимеразной цепной реакции (ПЦР). Для пациентов, которые имели эти повреждения в течение >4 недель, тестирование на антитела иммуноглобулина M (IgM) и иммуноглобулина G (IgG) также является целесообразным согласно местным рекомендациям и в зависимости от качества доступных тестов. Более подробно отдельно рассматривается работа над другими причинами возникновения обморожений. (См. "Pernio [chilblains]"). Нет никаких рекомендаций по лечению COVID-19-ассоциированных пернио-подобных поражений стоп или кистей рук. Однако кортикостероиды могут быть полезны, если поражения причиняют дискомфорт.
  • Ливедоподобная/ретиформная пурпура/некротические сосудистые поражения. Ливедоподобнаяретиформная пурпура/некротические сосудистые поражения были зарегистрированы у пациентов с COVID-19 [13,19-22]. Ретиформная пурпура и некротические поражения сосудов были описаны у трех пациентов с тяжелой легочной патологией [21]. Гистологические и иммуногистохимические исследования биоптатов кожи выявили закономерность комплемент-опосредованного повреждения микрососудов как в вовлеченной, так и в нормально появляющейся коже. Гистопатологические данные о тромботической васкулопатии и/или лабораторных коагуляционных изменениях наблюдались у пациентов с тяжелым COVID-19 и периферическими, ишемическими поражениями [18,22]. (См. "Подход к пациенту с ретиформной [ангулированной] пурпурой" и "живая Васкулопатия", а также "Коронавирусная болезнь 2019 [COVID-19]: гиперкоагуляция")
  • Крапивница. Острая крапивница с или без сопутствующей лихорадки была признана как один из симптомов COVID-19 [2,3,5,13,23].
  • Везикулярные (ветряноподобные) высыпания. Имеется несколько сообщений, описывающих везикулярно–пустулезное, ветряноподобное извержение, связанное с COVID-19 [2,13,24,25]. В выборке из 24 пациентов высыпание мелких папул, везикул и пустул появилось через 4-30 дней после появления симптомов COVID и разрешилось в среднем через 10 дней [26]. ПЦР в реальном времени для определения SARS-CoV-2 по содержанию везикул, проведенная у четырех пациентов, дала отрицательные результаты. Семнадцать из 24 пациентов не принимали никаких лекарств, что исключает лекарственную реакцию.
  • Мультисистемный воспалительный синдром у детей (МIS-С). Эритематозная, полиморфная сыпь, эритема и/или твердое уплотнение на руках и ногах, оральный мукозит и конъюнктивит наряду с другими визуально наблюдаемыми признаками атипичной, тяжелой формы болезни Кавасаки были описаны у выборки из 10 итальянских детей в период пандемии COVID-19 [27]. Аналогичные случаи были зарегистрированы в Соединенном Королевстве [28], Соединенных Штатах и других странах. Описание и характеристика случаев для МСВС были предложены Всемирной Организацией Здравоохранения и Центром по контролю и профилактике заболеваний Соединенных Штатов. (См. "Коронавирусная болезнь 2019 [COVID-19]: Мультисистемный воспалительный синдром у детей").

Менее часто регистрируемые дерматологические проявления включают папулосквамозные высыпания [29], многоформные поражения эритемы [30-32], лихорадкообразные высыпания [33,34], петехии [35] и гангрену [36].

Некоторые младенцы, рожденные от матерей с COVID-19 при рождении, имели проходящую сыпь. В обзоре девяти небольших выборок случаев из Китая, включавших в общей сложности 65 беременных женщин, которые были инфицированы SARS-CoV-2 во время беременности, и 67 новорожденных, у двух новорожденных была обнаружена сыпь [37]. Сыпь была описана у одного ребенка как диффузное, макулопапулярное извержение, которое разрешилось в один день с десквамацией, а у другого как диффузное, красное, похожее на потничку поражение, которое исчезло через 10 дней без лечения [38].

Дерматологические состояния, связанные с пандемией COVID-19

Поражения кожи, механический/фрикционный дерматит и раздражающий контактный дерматит из-за использования средств индивидуальной защиты (СИЗ) и повышенных мер гигиены рук были зарегистрированы у большинства медицинских работников, участвующих в непосредственном уходе за пациентами с COVID-19 [39].

Травмы кожи, обусловленные ношением средств индивидуальной защиты. Медицинские работники, ухаживающие за пациентами с COVID-19 или пациентами, потенциально инфицированными тяжелым острым респираторным синдромом коронавируса 2 (SARS-CoV-2), проводят большое количество часов, облаченные в СИЗ. Американская академия дерматологии выпустила рекомендации по профилактике и лечению дерматологических травм из-за ношения СИЗ во период пандемии COVID-19.

Травмы кожи, обусловленные ношением СИЗ, являются распространенным недомоганием, с которым сталкиваются от 43 до 97 процентов китайских работников здравоохранения [39-41]. Длительная продолжительность использования СИЗ (>6 часов в день) увеличивает частоту повреждения кожи [39,40]. Маски, защитные очки, щиты для лица и перчатки оказывают давление, создают испарение и удержание влаги, а также могут травмировать переносицу, щеку, лоб и руки [39-41].

Травмы кожи, обусловленные ношением СИЗ, включают десквамацию, эритему, мацерацию, возникновение трещин, папул и эрозии, приводящие к зуду и боли [40]. Использование СИЗ может также усугублять основные кожные заболевания [42].

Предотвращение травм, связанных с СИЗ, потенциально можно уменьшить согласно протоколу СИЗ о регулировке и прикосновениях [43]. Использование барьерных пленок или повязок в точках давления перед надеванием СИЗ может уменьшить эти виды травм [42,44-47]. Однако влияние этих профилактических мероприятий на способность СИЗ предотвращать вирусное распространение недостаточно хорошо охарактеризовано, и осторожность оправдана [43,45].

Дерматит, связанный с гигиеной рук. Гигиена рук является ключевым инструментом борьбы против COVID-19. Экзема рук уже и так была проблемой распространенной среди работников здравоохранения и, вероятно, еще усугубится из-за более частого и строгого выполнения показателей мытья рук и использования перчаток во время пандемии [48].

Частота раздражающего контактного дерматита рук может быть снижена за счет частого использования смягчающих средств, мытья теплой водой вместо горячей, а также использования очищающих средств на спиртовой основе, когда руки не являются заметно грязными [42,46,49,50]. Чрезмерное усердие в гигиене рук может вызвать экзему рук и у населения в целом [51].

Американская академия дерматологии выпустила рекомендации по профилактике и лечению дерматологических состояний, характерных во время пандемии COVID-19. (См. "Раздражающий контактный дерматит у взрослых" и "Хроническая экзема рук")

Терапевтический подход при пандемии

Пандемия COVID-19 привела к необходимым корректировкам терапевтического подхода к некоторым дерматологическим заболеваниям. Здесь рассматриваются вопросы иммуносупрессивной терапии, фототерапии и лечения рака кожи. Различные профессиональные организации также выпустили руководящие принципы оказания клинической помощи во время пандемии. (См. "Руководства: Коронавирусная болезнь 2019 [COVID-19] — руководство по специализированной помощи", раздел "Дерматология")

Применение биологических и других иммуносупрессивных методов лечения. Биологические и иммуносупрессивные методы лечения играют важную роль в лечении широкого спектра дерматологических заболеваний, таких как псориаз, атопический дерматит и другие воспалительные или аутоиммунные состояния. Риски применения иммуномодулирующих препаратов при заболевании COVID-19 остаются неясными. Хотя общепринято, что большинство пациентов без COVID-19, которые уже принимают иммуносупрессивные препараты для лечения дерматологических заболеваний, могут продолжать терапию, более осторожный подход обычно принимается для пациентов, у которых есть подозрение или подтверждено COVID-19, и пациентов, которые рассматривают возможность начала новой иммуносупрессивной терапии. (См. "Пациенты без COVID-19" ниже и "Пациенты с предполагаемым или подтвержденным COVID-19" ниже)

Оценка риска. Неопределенность относительно влияния биологической и другой иммуносупрессивной терапии на тяжелый острый респираторный синдром коронавируса 2 (SARS-CoV-2) и инфекционный риск и тяжесть COVID-19 усложняет оценку риска [52-54]. К числу конкретных проблем, связанных с оценкой риска, относятся недостаточность данных, различные механизмы воздействия иммуносупрессивных препаратов и необходимость учета специфической для конкретного пациента и конкретного заболевания характера протекания болезни и сопутствующих заболеваний. Некоторые авторы предположили, что иммуносупрессия широкого профиля, проводимая мелкомолекулярными иммуносупрессорами (например, циклоспориноммикофенолятом, азатиоприном) вызывает большие опасения, чем узко направленная иммуносупрессия, проводимая биологическими препаратами; однако относительная безопасность отдельных иммуносупрессантов остается неясной [55].

При оценке потенциальных рисков иммуносупрессивной терапии также следует принять во внимание оценку пагубного воздействия на кожные заболевания и связанные с ними состояния, которые могут возникнуть в результате прекращения эффективной терапии [56]. Кожные заболевания могут обостряться, и некоторые пациенты не смогут достичь такого же эффекта при повторном введении ранее эффективной биологической терапии [53,54]. Следует отметить, что длительный период полураспада некоторых биологических элементов означает, что иммуносупрессивные эффекты могут все еще сохраняться в течение некоторого времени после принятия решения о прекращении терапии.

Исследования, оценивающие применение иммуномодулирующей терапии в отношении COVID-19 у пациентов с дерматологическими заболеваниями, ограничены и недостаточны для получения выводов о риске в этой категории пациентов [57-59]. Неясно, применимы ли данные клинических исследований, которые оценивали риск развития инфекций верхних дыхательных путей при биологической терапии дерматологических заболеваний, в случае с SARS-CoV-2 [54,60-62].

В поддержку предположения о том, что риск продолжения биологической терапии заболевания кожи может быть низким, можно привести ретроспективное исследование 5206 пациентов в Северной Италии, проходивших лечение биологическими агентами от бляшечного псориаза между 20 февраля и 1 апреля, 2020. Среди них не было обнаружено ни одной смерти, вызванной COVID-19, и всего четыре госпитализации, связанной с COVID-19 [57]. Кроме того, в исследовании методом случай-контроль, проведенном в Ломбардии (Италия), которое включало оценку 1193 пациентов с псориазом, получавших биологическую или мелкомолекулярную терапию, и около 10 миллионов контрольных пациентов в период с 21 февраля по 9 апреля, 2020, были обнаружены повышенные риски на положительный COVID-19 среди пациентов, находящихся на домашнем карантине, или на госпитализацию в связи с COVID-19 среди больных псориазом, получающих биологическую терапию по сравнению с контрольной группой, но не нашли статистически значимое увеличение риска для реанимационного отделения госпитализации или смерти в этой выборке [58].

Хотя предположение о положительном влиянии биологических ингибиторов фактора некроза опухоли (ФНО)-альфа и интерлейкина (ИЛ) 17 на COVID-19 основано на теории, что некоторые препараты могут иметь тормозящее действие на повреждения иммунного ответа, что может способствовать к повреждению органа в COVID-19, оно не доказано [63-66]. Отдельно рассматриваются данные по ингибиторам пути IL-6. (См. "Коронавирусная болезнь 2019 [COVID-19]: Эпидемиология, вирусология и профилактика" и "Коронавирусная болезнь 2019 [COVID-19]: лечение у госпитализированных взрослых", раздел "Ингибиторы пути IL-6")

Пациенты без COVID-19. Решения об использовании иммуносупрессивной терапии у пациентов без признаков или симптомов COVID-19 во время глобальной пандемии должны приниматься на индивидуальной основе и совместно с пациентом. Это может включать анализ сопутствующих заболеваний пациента, тяжести заболевания, которое первоначально лечилось, ограниченные доступные данные, мнение экспертов, местные рекомендации и предпочтения пациента.

Продолжение иммуносупрессивной терапии. В связи с отсутствием доказательств, свидетельствующих о преимуществе прекращения иммуносупрессивной терапии у пациентов без COVID-19 и потенциальными пагубными последствиями прекращения эффективной терапии, продолжение биологической и мелкомолекулярной иммуносупрессии при дерматологических заболеваниях обычно считается безопасным и подходящим вариантом для пациентов, у которых нет подозрения или подтверждения COVID-19. Среди обществ, которые придерживаются этого подхода, можно отметить Американскую академию дерматологии [67], Национальный фонд псориаза [68], Международный совет по псориазу [69], Британскую академию дерматологии [70] и Международную Лигу дерматологических обществ [71].

Инициация иммуносупрессивной терапии. Общеприменяемое прекращение инициации новой иммуносупрессивной терапии для дерматологических заболеваний у пациентов без COVID-19 не считается необходимым. Однако, учитывая некоторую неопределенность в отношении влияния иммуносупрессивной терапии на COVID-19, решение о начале нового иммуносупрессивного препарата для лечения дерматологических заболеваний должно быть принято тщательно, включая рассмотрение конкретных случаев потенциальных рисков и преимуществ терапии. В частности, для пациентов с повышенным риском тяжелого течения COVID-19 может быть целесообразно рассмотреть вопрос об отсрочке иммуносупрессивного лечения в пользу других методов лечения [67]. (См. "Коронавирусная болезнь 2019 [COVID-19]: Эпидемиология, вирусология и профилактика" )

Некоторые авторы предлагают проводить тестирование на наличие инфекции SARS-CoV-2 или иммунитета до начала иммуносупрессивной терапии [72]. Однако ценность такого подхода неясна.

Пациенты с предполагаемым или подтвержденным COVID-19. Наличие активной инфекции является общепринятым показанием для прекращения и переноса начала иммуносупрессивной терапии. Некоторые профессиональные общества, включая Американскую академию дерматологии, опубликовали рекомендации, согласно которым рекомендуют прекратить применение иммуносупрессивных препаратов у пациентов, у которых развивается COVID-19, хотя это остается областью обсуждения [73]. Этот подход может быть подходящим по умолчанию для большинства пациентов с подтвержденным COVID-19. Иммуносупрессивная терапия может быть возобновлена, если это необходимо, после полного выздоровления от COVID-19.

Однако, учитывая неопределенность в отношении влияния различных иммунодепрессантов на течение COVID-19, решение о прекращении лечения у пациента с COVID-19 должно приниматься на индивидуальной основе. Другие факторы, которые могут повлиять на решение о прекращении лечения, могут включать в себя тяжесть течения COVID-19, вероятность того, что биологическое лечение может уменьшить риск цитокинового шторма, а также потенциальные негативные последствия прекращения лечения на усиление иммунологической активности, включая как дерматологические заболевания, так и сопутствующие патологии.

Фототерапия. Фототерапия в амбулатории обычно включает в себя частые визиты в клинику, что потенциально повышает подверженность пациентов и клинического персонала SARS-CoV-2. Таким образом, риски и преимущества амбулаторной фототерапии должны быть тщательно взвешены для отдельных пациентов.

Фототерапия в домашних условиях является альтернативой, которая может быть предпочтительным методом фототерапии во время пандемии, но не может быть осуществима для всех пациентов. При необходимости проведения фототерапии в условиях амбулатории следует принимать тщательные меры предосторожности, включая скрининг симптомов, ограничение посещения, использование средств индивидуальной защиты (СИЗ) и дезинфекцию оборудования, чтобы снизить риск передачи инфекции [74,75]. Следует также рассмотреть альтернативы фототерапии. (Смотрите "Коронавирусная болезнь 2019 года [COVID-19]: Инфекционный контроль в системе здравоохранения и на дому", раздел "Инфекционный контроль в системе здравоохранения")

Рак кожи. Многие исследования кожи всего тела, биопсии и удаление рака кожи откладываются из-за пандемии COVID-19, которая может привести к задержкам в диагностике и лечении. Сортировка и стратегии управления во время пандемии COVID-19 для меланомы, развитой плоскоклеточной карциномы и развитой базально-клеточной карциномы были разработаны несколькими группами, включая Национальную комплексную онкологическую сетьЕвропейское общество медицинской онкологии и Американский колледж хирургии Мооса, с отсрочкой операции или оперативным вмешательством в зависимости от типа поражения и причины визита [76-78]. Консорциум кожных лимфом США опубликовал рекомендации по лечению кожных лимфом во время пандемии COVID-19 [79].

Для пациентов с прогрессирующим меланомным и немеланомным раком кожи, находящихся на лечении, отсутствуют рекомендации по прекращению системной терапии, связанной с раком кожи [80,81]. Однако решение о продолжении или начале системной таргетной терапии или иммунотерапии должно приниматься на индивидуальной основе после тщательной оценки выгод и рисков.

Общие и конкретные вопросы, связанные с уходом за онкологическими больными во время пандемии, обсуждаются в других местах. (См. "Коронавирусная болезнь 2019 [COVID-19]: лечение рака во время пандемии")

Оказание медицинской помощи во время пандемии

Местные рекомендации по выполнению рутинной, нехирургической медицинской помощи во время пандемии отличаются и продолжают дополнятся. Во многих случаях пандемия привела к более широкому использованию телемедицины для оказания дерматологической помощи (т. е. теледерматологии). В сценариях, в которых личный уход остается необходимым или целесообразным, указываются меры предосторожности для ограничения риска передачи инфекции. (См. "Телемедицину" ниже и "Личный уход" ниже, а также "Ссылки на Руководящие принципы общества: Коронавирусная болезнь 2019 [COVID-19] – руководящие принципы для специализированного ухода", раздел "Дерматология")

Телемедицина. Телемедицина предоставляет возможность оказывать медицинскую помощь при одновременном снижении риска заражения врачей, персонала и пациентов от лиц с COVID-19 [82,83]. Для теледерматологической помощи используются как синхронные (например, одновременная двусторонняя связь между пациентом и врачом по телефону или видеоконференцсвязи), так и асинхронные (например, хранение и прямая передача изображений для последующей оценки врачом) способы [84]. Структурированный процесс сортировки может быть полезен для выявления пациентов, которым требуется личный, а не телемедицинский визит [85,86].

Телемедицина также может быть подходящим вариантом для стационарной дерматологической помощи в некоторых случаях. Общество дерматологов-госпиталистов разработало алгоритм по оценке приоритетности консультаций и выполнения безопасной стационарной дерматологической помощи [87].

Были высказаны опасения по поводу конфиденциальности и безопасности телемедицины [88,89]. Выбранная платформа должна соответствовать местным правилам конфиденциальности. В связи с пандемией COVID-19 некоторые регулирующие органы ослабили или отменили правила, чтобы обеспечить большую гибкость в телемедицине [90].

Личный уход за больными следует проводить с соблюдением надлежащих мер инфекционного контроля. Это обычно включает в себя, по крайней мере, скрининг пациентов и использование соответствующих средств индивидуальной защиты (СИЗ) [91-93]. Отдельно рассматриваются передовые методы борьбы с инфекцией в клинических условиях. (См. "Коронавирусная болезнь 2019 [COVID-19]: Инфекционный контроль в системе здравоохранения и на дому", раздел "Инфекционный контроль в системе здравоохранения")

Хотя риск передачи тяжелого острого респираторного синдрома коронавируса 2 (SARS-CoV-2) через такие процедуры, как дермоскопия, остается неясным, врачи должны быть осведомлены о возможности передачи инфекции через оборудование, которое может контактировать с несколькими пациентами. Что касается дерматоскопии, то бесконтактная дерматоскопия является предпочтительной формой дерматоскопии во время пандемии. Примеры дополнительных предложений по снижению риска передачи заболевания через дерматоскопию включают дезинфекцию дерматоскопа спиртом в течение не менее одной минуты до и после обследования, использование пищевой пленки из поливинилхлорида или стеклянного слайда между линзой и очагом поражения, использование спиртового геля в качестве интерфейсной среды и использование одноразовых кожухов для дерматоскопических линз [94-96].

Регистры

С целью повышения осведомленности о дерматологических проявлениях и влиянии COVID-19 на пациентов с дерматологическими заболеваниями были разработано несколько регистров. Например:

─ Общие дерматологические проявления COVID-19 или пациенты с любым ранее существовавшим дерматологическим состоянием:

─ Псориаз:

  • Регистр псориаза для исходов, терапии и эпидемиологии инфекции COVID-19 ( PsoPROTECT);
  • Эпиднадзорная эпидемиология коронавируса (COVID-19) в рамках регистра исключения из исследования (SECURE-Psoriasis Registry).

─ Атопический дерматит:

  • Эпиднадзорная эпидемиология коронавируса (COVID-19) в рамках регистра исключения из исследования (SECURE-AD Registry).

─ Алопеция:

  • Эпиднадзорная эпидемиология коронавируса (COVID-19) в рамках регистра исключения из исследования (SECURE-Alopecia Registry).

─ Гидраденит гнойный:

─ Акральные изменения в педиатрической популяции:

Регистры по ревматологическим заболеваниями рассматриваются отдельно. (См. "Коронавирусная болезнь 2019 [COVID-19]: уход за больными с системными ревматическими заболеваниями во время пандемии", раздел "регистры заболеваний")

Разработанные руководства

Ссылки на руководящие принципы для общества и правительства, финансируемые из отдельных стран и регионов по всему миру, приводятся отдельно. (См. "Руководства Обществ: Коронавирусная болезнь 2019 [COVID-19] – руководство по специализированной помощи" и "Руководства Обществ: Коронавирусная болезнь 2019 [COVID-19] – международные и правительственные руководящие принципы для общего ухода" и "Руководства Обществ: Коронавирусная болезнь 2019 [COVID-19] – ресурсы для пациентов")

Руководства для пациентов

UpToDate предлагает два типа учебных материалов для пациентов: «Базовая памятка» и «Продвинутая памятка». «Базовая памятка» для обучения пациентов написана простым языком, на уровне сложности для 5-6 классов, отвечает на четыре или пять ключевых вопросов, которые могут возникнуть у пациента в связи с данным состоянием. Эти статьи лучше всего подходят для пациентов, которые хотят получить общий обзор и предпочитают короткие, легко читаемые материалы. Помимо базовой памятки есть еще более длинные, более сложные и более детальные рекомендации. Эти рекомендации по степени сложности соответствуют 11-12 классам и лучше всего подходят для пациентов, которые хотят получить углубленную информацию и владеют некоторыми медицинскими терминами.

Вот статьи для обучения пациентов, которые имеют отношение к этой теме. Мы рекомендуем вам распечатать или отправить по электронной почте эти темы своим пациентам. (Вы также можете найти статьи для обучения пациентов по различным темам, выполнив поиск в разделе «Информация о пациенте» и по ключевым словам, представляющим интерес.)

Резюме и рекомендации

  • Множественные кожные проявления были описаны у пациентов с подтвержденным или предполагаемым тяжелым острым респираторным синдромом коронавирусной инфекции 2 (SARS-CoV-2). К ним относятся болезненные высыпания, крапивница, перниоидные, акральные поражения, ливедоподобные, сосудистые поражения и везикулярные, ветряноподобные высыпания. Тяжелый мультисистемный воспалительный синдром с мукоцилиарным, системным, лабораторным и визуализирующим признаками атипичной, тяжелой болезни Кавасаки также был зарегистрирован у детей и подростков с коронавирусной болезнью 2019 года (COVID-19). (См. "Кожные проявления COVID-19 " выше и "Коронавирусная болезнь 2019 [COVID-19]: Мультисистемный воспалительный синдром у детей")
  • Травмы кожи, механический/фрикционный дерматит и контактный раздражающий дерматит рук из-за средств индивидуальной защиты (СИЗ) и мер гигиены рук были зарегистрированы у большинства медицинских работников, участвующих в уходе за пациентами с COVID-19. Использование барьерных пленок или повязок в точках давления СИЗ и частое использование смягчающих средств после мытья рук может помочь уменьшить повреждение и раздражение кожи. (См. "Дерматологические состояния, связанные с пандемией COVID-19" выше)
  • Пандемия COVID-19 внесла свой вклад в необходимость корректировки аспектов дерматологической помощи. Примеры включают корректировки в подходах к иммуносупрессивному лечению, фототерапии, лечению рака кожи и рутинному клиническому уходу. (См. "Терапевтический подход во время пандемии" выше и "Оказание медицинской помощи во время пандемии" выше)
  • Влияние иммуносупрессивной терапии дерматологических заболеваний на риск развития инфекции SARS-CoV-2 и риск развития осложнений COVID-19 неясен. Решение о продолжении или начале иммуносупрессивной терапии дерматологических заболеваний во время пандемии должно приниматься на индивидуальной основе. Примеры важных факторов, которые следует учитывать, включают инфекционный статус пациента, рассматриваемый иммунодепрессант и влияние прекращения лечения на дерматологические заболевания и сопутствующие патологии. (См. выше раздел "Терапевтический подход во время пандемии")
  • Учитывая отсутствие доказательств, указывающих на преимущество прекращения иммуносупрессивной терапии у пациентов без COVID-19, продолжение иммуносупрессивной терапии при дерматологических заболеваниях считается безопасным и подходящим вариантом для этой группы клиентов. Решение о начале нового иммуносупрессивного препарата должно включать тщательное рассмотрение потенциальных рисков и преимуществ терапии. Для пациентов с риском тяжелого течения COVID-19 может быть соответствующее отложить иммуносупрессивные обработки в пользу других терапий. (См. выше раздел "Пациенты без COVID-19")
  • Активная инфекция является общепринятым показанием для прекращения и переноса начала иммуносупрессивной терапии, и некоторые профессиональные организации, включая Американскую академию дерматологии, выпустили заявления, рекомендующие прекращение применения иммуносупрессивных препаратов при кожных заболеваниях у пациентов, у которых развивается COVID-19. Учитывая недостаточность данных о рисках и преимуществах прекращения лечения, решение о продолжении или прекращении иммуносупрессивного лечения у пациентов с предполагаемым или подтвержденным COVID-19 может приниматься на индивидуальной основе. В случае прекращения лечения иммуносупрессивная терапия может быть возобновлена после полного восстановления формы COVID-19. (См. выше раздел "Пациенты с предполагаемым или подтвержденным COVID-19")
  • Пандемия COVID-19 способствовала более широкому использованию телемедицины для оказания рутинной клинической помощи. При проведении очных посещений следует принимать соответствующие меры инфекционного контроля. (См. выше раздел "Оказание медицинской помощи во время пандемии")