14 июня 2020, 00:00

Коронавирусная болезнь 2019 (COVID-19): кожные проявления и вопросы, связанные с дерматологической помощью

Коронавирусная болезнь 2019 (COVID-19): кожные проявления и вопросы, связанные с дерматологической помощью

Оригинал: UpToDate

Авторы: Steven R Feldman, Esther E Freeman

Опубликовано: 14 июня 2020, UpToDate

Перевод: Наталья Квадрициус, Фонд профилактики рака

Введение

Коронавирусная болезнь 2019 (COVID-19), вызванная тяжелым острым респираторным синдромом коронавирусом 2 (SARS-CoV-2), подняла множество критических вопросов в дерматологии и дерматологической помощи. Решение этих вопросов является необходимым, но также вызывает ряд сложностей из-за недостатка прямых данных, на которых можно основывать рекомендации [1].

В этой теме будут обсуждаться вопросы, связанные с дерматологической помощью во время пандемии COVID-19. Другие аспекты, касающиеся инфекции SARS-CoV-2 и ведения пациентов, подробно обсуждаются отдельно:

Кожные проявления COVID-19

Исследование серии случаев со всего мира позволило выявить целый ряд потенциальных дерматологических проявлений COVID-19 [2,3]. Частоту (в пределах от 0,2 до 20,4% случаев) и сроки кожных проявлений COVID-19 трудно установить [4-6]. Также неясной остается связь некоторых кожных проявлений с тяжестью заболевания [7]. Кроме того, нельзя исключать, что у некоторых пациентов наблюдаемые кожные проявления могут представлять собой кожные реакции на многочисленные методы лечения, используемые для лечения COVID-19 [7,8].

Регистр COVID-19 Американской академии дерматологии, являющийся результатам сотрудничества между Американской Академией Дерматологии и Международной лигой дерматологических обществ, пытается сопоставить случаи и лучше определить кожные проявления COVID-19 [9]. (См. раздел "Реестры" ниже)

Подтвержденные дерматологические проявления COVID-19 включают:

  • Экзантематозная (морбиллиформная) сыпь. В нескольких случаях морбиллиформная сыпь, чаще всего поражающая торс, была зарегистрирована как наиболее распространенное кожное проявление COVID-19 [2,3,5,10,11]. Сыпь отмечалась либо в самом начале заболевания, либо, что более часто, после выписки из стационара или сразу после выздоровления [5].
  • Перниоподобные поражения периферических поверхностей. Перниоподобные (обморожение-подобные) поражения периферических поверхностей ("ковидные пальцы") были описаны у пациентов всех возрастов с подтвержденным или подозреваемым COVID-19, в отсутствие воздействия холода или основных условий, связанных с обморожением [2,3,12-17]. Наше понимание патогенеза этих поражений все еще находится в стадии исследования, хотя это, по-видимому, в первую очередь воспалительный процесс [3,15,17,18]. Они представлены в виде эритематозно-фиолетовых или пурпурных макул на пальцах, локтях, пальцах ног и латеральной части стоп с или без сопутствующих отеков и зуда (Рисунок 1). Нормализация может произойти через две-восемь недель. У пациентов с впервые выявленными перниоподобными поражениями, не имеющими других явных причин, необходимо провести тестирование на наличие коронавируса 2 тяжелого острого респираторного синдрома (SARS-CoV-2) методом полимеразной цепной реакции (ПЦР). Для пациентов, которые имели эти повреждения в течение >4 недель, тестирование на антитела иммуноглобулина M (IgM) и иммуноглобулина G (IgG) также является целесообразным согласно местным рекомендациям и в зависимости от качества доступных тестов. Более подробно отдельно рассматривается работа над другими причинами возникновения обморожений. (См. "Pernio [chilblains]"). Нет никаких рекомендаций по лечению COVID-19-ассоциированных пернио-подобных поражений стоп или кистей рук. Однако кортикостероиды могут быть полезны, если поражения причиняют дискомфорт.
  • Ливедоподобная/ретиформная пурпура/некротические сосудистые поражения. Ливедоподобнаяретиформная пурпура/некротические сосудистые поражения были зарегистрированы у пациентов с COVID-19 [13,19-22]. Ретиформная пурпура и некротические поражения сосудов были описаны у трех пациентов с тяжелой легочной патологией [21]. Гистологические и иммуногистохимические исследования биоптатов кожи выявили закономерность комплемент-опосредованного повреждения микрососудов как в вовлеченной, так и в нормально появляющейся коже. Гистопатологические данные о тромботической васкулопатии и/или лабораторных коагуляционных изменениях наблюдались у пациентов с тяжелым COVID-19 и периферическими, ишемическими поражениями [18,22]. (См. "Подход к пациенту с ретиформной [ангулированной] пурпурой" и "живая Васкулопатия", а также "Коронавирусная болезнь 2019 [COVID-19]: гиперкоагуляция")
  • Крапивница. Острая крапивница с или без сопутствующей лихорадки была признана как один из симптомов COVID-19 [2,3,5,13,23].
  • Везикулярные (ветряноподобные) высыпания. Имеется несколько сообщений, описывающих везикулярно–пустулезное, ветряноподобное извержение, связанное с COVID-19 [2,13,24,25]. В выборке из 24 пациентов высыпание мелких папул, везикул и пустул появилось через 4-30 дней после появления симптомов COVID и разрешилось в среднем через 10 дней [26]. ПЦР в реальном времени для определения SARS-CoV-2 по содержанию везикул, проведенная у четырех пациентов, дала отрицательные результаты. Семнадцать из 24 пациентов не принимали никаких лекарств, что исключает лекарственную реакцию.
  • Мультисистемный воспалительный синдром у детей (МIS-С). Эритематозная, полиморфная сыпь, эритема и/или твердое уплотнение на руках и ногах, оральный мукозит и конъюнктивит наряду с другими визуально наблюдаемыми признаками атипичной, тяжелой формы болезни Кавасаки были описаны у выборки из 10 итальянских детей в период пандемии COVID-19 [27]. Аналогичные случаи были зарегистрированы в Соединенном Королевстве [28], Соединенных Штатах и других странах. Описание и характеристика случаев для МСВС были предложены Всемирной Организацией Здравоохранения и Центром по контролю и профилактике заболеваний Соединенных Штатов. (См. "Коронавирусная болезнь 2019 [COVID-19]: Мультисистемный воспалительный синдром у детей").

Менее часто регистрируемые дерматологические проявления включают папулосквамозные высыпания [29], многоформные поражения эритемы [30-32], лихорадкообразные высыпания [33,34], петехии [35] и гангрену [36].

Некоторые младенцы, рожденные от матерей с COVID-19 при рождении, имели проходящую сыпь. В обзоре девяти небольших выборок случаев из Китая, включавших в общей сложности 65 беременных женщин, которые были инфицированы SARS-CoV-2 во время беременности, и 67 новорожденных, у двух новорожденных была обнаружена сыпь [37]. Сыпь была описана у одного ребенка как диффузное, макулопапулярное извержение, которое разрешилось в один день с десквамацией, а у другого как диффузное, красное, похожее на потничку поражение, которое исчезло через 10 дней без лечения [38].

Дерматологические состояния, связанные с пандемией COVID-19

Поражения кожи, механический/фрикционный дерматит и раздражающий контактный дерматит из-за использования средств индивидуальной защиты (СИЗ) и повышенных мер гигиены рук были зарегистрированы у большинства медицинских работников, участвующих в непосредственном уходе за пациентами с COVID-19 [39].

Травмы кожи, обусловленные ношением средств индивидуальной защиты. Медицинские работники, ухаживающие за пациентами с COVID-19 или пациентами, потенциально инфицированными тяжелым острым респираторным синдромом коронавируса 2 (SARS-CoV-2), проводят большое количество часов, облаченные в СИЗ. Американская академия дерматологии выпустила рекомендации по профилактике и лечению дерматологических травм из-за ношения СИЗ во период пандемии COVID-19.

Травмы кожи, обусловленные ношением СИЗ, являются распространенным недомоганием, с которым сталкиваются от 43 до 97 процентов китайских работников здравоохранения [39-41]. Длительная продолжительность использования СИЗ (>6 часов в день) увеличивает частоту повреждения кожи [39,40]. Маски, защитные очки, щиты для лица и перчатки оказывают давление, создают испарение и удержание влаги, а также могут травмировать переносицу, щеку, лоб и руки [39-41].

Травмы кожи, обусловленные ношением СИЗ, включают десквамацию, эритему, мацерацию, возникновение трещин, папул и эрозии, приводящие к зуду и боли [40]. Использование СИЗ может также усугублять основные кожные заболевания [42].

Предотвращение травм, связанных с СИЗ, потенциально можно уменьшить согласно протоколу СИЗ о регулировке и прикосновениях [43]. Использование барьерных пленок или повязок в точках давления перед надеванием СИЗ может уменьшить эти виды травм [42,44-47]. Однако влияние этих профилактических мероприятий на способность СИЗ предотвращать вирусное распространение недостаточно хорошо охарактеризовано, и осторожность оправдана [43,45].

Дерматит, связанный с гигиеной рук. Гигиена рук является ключевым инструментом борьбы против COVID-19. Экзема рук уже и так была проблемой распространенной среди работников здравоохранения и, вероятно, еще усугубится из-за более частого и строгого выполнения показателей мытья рук и использования перчаток во время пандемии [48].

Частота раздражающего контактного дерматита рук может быть снижена за счет частого использования смягчающих средств, мытья теплой водой вместо горячей, а также использования очищающих средств на спиртовой основе, когда руки не являются заметно грязными [42,46,49,50]. Чрезмерное усердие в гигиене рук может вызвать экзему рук и у населения в целом [51].

Американская академия дерматологии выпустила рекомендации по профилактике и лечению дерматологических состояний, характерных во время пандемии COVID-19. (См. "Раздражающий контактный дерматит у взрослых" и "Хроническая экзема рук")

Терапевтический подход при пандемии

Пандемия COVID-19 привела к необходимым корректировкам терапевтического подхода к некоторым дерматологическим заболеваниям. Здесь рассматриваются вопросы иммуносупрессивной терапии, фототерапии и лечения рака кожи. Различные профессиональные организации также выпустили руководящие принципы оказания клинической помощи во время пандемии. (См. "Руководства: Коронавирусная болезнь 2019 [COVID-19] — руководство по специализированной помощи", раздел "Дерматология")

Применение биологических и других иммуносупрессивных методов лечения. Биологические и иммуносупрессивные методы лечения играют важную роль в лечении широкого спектра дерматологических заболеваний, таких как псориаз, атопический дерматит и другие воспалительные или аутоиммунные состояния. Риски применения иммуномодулирующих препаратов при заболевании COVID-19 остаются неясными. Хотя общепринято, что большинство пациентов без COVID-19, которые уже принимают иммуносупрессивные препараты для лечения дерматологических заболеваний, могут продолжать терапию, более осторожный подход обычно принимается для пациентов, у которых есть подозрение или подтверждено COVID-19, и пациентов, которые рассматривают возможность начала новой иммуносупрессивной терапии. (См. "Пациенты без COVID-19" ниже и "Пациенты с предполагаемым или подтвержденным COVID-19" ниже)

Оценка риска. Неопределенность относительно влияния биологической и другой иммуносупрессивной терапии на тяжелый острый респираторный синдром коронавируса 2 (SARS-CoV-2) и инфекционный риск и тяжесть COVID-19 усложняет оценку риска [52-54]. К числу конкретных проблем, связанных с оценкой риска, относятся недостаточность данных, различные механизмы воздействия иммуносупрессивных препаратов и необходимость учета специфической для конкретного пациента и конкретного заболевания характера протекания болезни и сопутствующих заболеваний. Некоторые авторы предположили, что иммуносупрессия широкого профиля, проводимая мелкомолекулярными иммуносупрессорами (например, циклоспориноммикофенолятом, азатиоприном) вызывает большие опасения, чем узко направленная иммуносупрессия, проводимая биологическими препаратами; однако относительная безопасность отдельных иммуносупрессантов остается неясной [55].

При оценке потенциальных рисков иммуносупрессивной терапии также следует принять во внимание оценку пагубного воздействия на кожные заболевания и связанные с ними состояния, которые могут возникнуть в результате прекращения эффективной терапии [56]. Кожные заболевания могут обостряться, и некоторые пациенты не смогут достичь такого же эффекта при повторном введении ранее эффективной биологической терапии [53,54]. Следует отметить, что длительный период полураспада некоторых биологических элементов означает, что иммуносупрессивные эффекты могут все еще сохраняться в течение некоторого времени после принятия решения о прекращении терапии.

Исследования, оценивающие применение иммуномодулирующей терапии в отношении COVID-19 у пациентов с дерматологическими заболеваниями, ограничены и недостаточны для получения выводов о риске в этой категории пациентов [57-59]. Неясно, применимы ли данные клинических исследований, которые оценивали риск развития инфекций верхних дыхательных путей при биологической терапии дерматологических заболеваний, в случае с SARS-CoV-2 [54,60-62].

В поддержку предположения о том, что риск продолжения биологической терапии заболевания кожи может быть низким, можно привести ретроспективное исследование 5206 пациентов в Северной Италии, проходивших лечение биологическими агентами от бляшечного псориаза между 20 февраля и 1 апреля, 2020. Среди них не было обнаружено ни одной смерти, вызванной COVID-19, и всего четыре госпитализации, связанной с COVID-19 [57]. Кроме того, в исследовании методом случай-контроль, проведенном в Ломбардии (Италия), которое включало оценку 1193 пациентов с псориазом, получавших биологическую или мелкомолекулярную терапию, и около 10 миллионов контрольных пациентов в период с 21 февраля по 9 апреля, 2020, были обнаружены повышенные риски на положительный COVID-19 среди пациентов, находящихся на домашнем карантине, или на госпитализацию в связи с COVID-19 среди больных псориазом, получающих биологическую терапию по сравнению с контрольной группой, но не нашли статистически значимое увеличение риска для реанимационного отделения госпитализации или смерти в этой выборке [58].

Хотя предположение о положительном влиянии биологических ингибиторов фактора некроза опухоли (ФНО)-альфа и интерлейкина (ИЛ) 17 на COVID-19 основано на теории, что некоторые препараты могут иметь тормозящее действие на повреждения иммунного ответа, что может способствовать к повреждению органа в COVID-19, оно не доказано [63-66]. Отдельно рассматриваются данные по ингибиторам пути IL-6. (См. "Коронавирусная болезнь 2019 [COVID-19]: Эпидемиология, вирусология и профилактика" и "Коронавирусная болезнь 2019 [COVID-19]: лечение у госпитализированных взрослых", раздел "Ингибиторы пути IL-6")

Пациенты без COVID-19. Решения об использовании иммуносупрессивной терапии у пациентов без признаков или симптомов COVID-19 во время глобальной пандемии должны приниматься на индивидуальной основе и совместно с пациентом. Это может включать анализ сопутствующих заболеваний пациента, тяжести заболевания, которое первоначально лечилось, ограниченные доступные данные, мнение экспертов, местные рекомендации и предпочтения пациента.

Продолжение иммуносупрессивной терапии. В связи с отсутствием доказательств, свидетельствующих о преимуществе прекращения иммуносупрессивной терапии у пациентов без COVID-19 и потенциальными пагубными последствиями прекращения эффективной терапии, продолжение биологической и мелкомолекулярной иммуносупрессии при дерматологических заболеваниях обычно считается безопасным и подходящим вариантом для пациентов, у которых нет подозрения или подтверждения COVID-19. Среди обществ, которые придерживаются этого подхода, можно отметить Американскую академию дерматологии [67], Национальный фонд псориаза [68], Международный совет по псориазу [69], Британскую академию дерматологии [70] и Международную Лигу дерматологических обществ [71].

Инициация иммуносупрессивной терапии. Общеприменяемое прекращение инициации новой иммуносупрессивной терапии для дерматологических заболеваний у пациентов без COVID-19 не считается необходимым. Однако, учитывая некоторую неопределенность в отношении влияния иммуносупрессивной терапии на COVID-19, решение о начале нового иммуносупрессивного препарата для лечения дерматологических заболеваний должно быть принято тщательно, включая рассмотрение конкретных случаев потенциальных рисков и преимуществ терапии. В частности, для пациентов с повышенным риском тяжелого течения COVID-19 может быть целесообразно рассмотреть вопрос об отсрочке иммуносупрессивного лечения в пользу других методов лечения [67]. (См. "Коронавирусная болезнь 2019 [COVID-19]: Эпидемиология, вирусология и профилактика" )

Некоторые авторы предлагают проводить тестирование на наличие инфекции SARS-CoV-2 или иммунитета до начала иммуносупрессивной терапии [72]. Однако ценность такого подхода неясна.

Пациенты с предполагаемым или подтвержденным COVID-19. Наличие активной инфекции является общепринятым показанием для прекращения и переноса начала иммуносупрессивной терапии. Некоторые профессиональные общества, включая Американскую академию дерматологии, опубликовали рекомендации, согласно которым рекомендуют прекратить применение иммуносупрессивных препаратов у пациентов, у которых развивается COVID-19, хотя это остается областью обсуждения [73]. Этот подход может быть подходящим по умолчанию для большинства пациентов с подтвержденным COVID-19. Иммуносупрессивная терапия может быть возобновлена, если это необходимо, после полного выздоровления от COVID-19.

Однако, учитывая неопределенность в отношении влияния различных иммунодепрессантов на течение COVID-19, решение о прекращении лечения у пациента с COVID-19 должно приниматься на индивидуальной основе. Другие факторы, которые могут повлиять на решение о прекращении лечения, могут включать в себя тяжесть течения COVID-19, вероятность того, что биологическое лечение может уменьшить риск цитокинового шторма, а также потенциальные негативные последствия прекращения лечения на усиление иммунологической активности, включая как дерматологические заболевания, так и сопутствующие патологии.

Фототерапия. Фототерапия в амбулатории обычно включает в себя частые визиты в клинику, что потенциально повышает подверженность пациентов и клинического персонала SARS-CoV-2. Таким образом, риски и преимущества амбулаторной фототерапии должны быть тщательно взвешены для отдельных пациентов.

Фототерапия в домашних условиях является альтернативой, которая может быть предпочтительным методом фототерапии во время пандемии, но не может быть осуществима для всех пациентов. При необходимости проведения фототерапии в условиях амбулатории следует принимать тщательные меры предосторожности, включая скрининг симптомов, ограничение посещения, использование средств индивидуальной защиты (СИЗ) и дезинфекцию оборудования, чтобы снизить риск передачи инфекции [74,75]. Следует также рассмотреть альтернативы фототерапии. (Смотрите "Коронавирусная болезнь 2019 года [COVID-19]: Инфекционный контроль в системе здравоохранения и на дому", раздел "Инфекционный контроль в системе здравоохранения")

Рак кожи. Многие исследования кожи всего тела, биопсии и удаление рака кожи откладываются из-за пандемии COVID-19, которая может привести к задержкам в диагностике и лечении. Сортировка и стратегии управления во время пандемии COVID-19 для меланомы, развитой плоскоклеточной карциномы и развитой базально-клеточной карциномы были разработаны несколькими группами, включая Национальную комплексную онкологическую сетьЕвропейское общество медицинской онкологии и Американский колледж хирургии Мооса, с отсрочкой операции или оперативным вмешательством в зависимости от типа поражения и причины визита [76-78]. Консорциум кожных лимфом США опубликовал рекомендации по лечению кожных лимфом во время пандемии COVID-19 [79].

Для пациентов с прогрессирующим меланомным и немеланомным раком кожи, находящихся на лечении, отсутствуют рекомендации по прекращению системной терапии, связанной с раком кожи [80,81]. Однако решение о продолжении или начале системной таргетной терапии или иммунотерапии должно приниматься на индивидуальной основе после тщательной оценки выгод и рисков.

Общие и конкретные вопросы, связанные с уходом за онкологическими больными во время пандемии, обсуждаются в других местах. (См. "Коронавирусная болезнь 2019 [COVID-19]: лечение рака во время пандемии")

Оказание медицинской помощи во время пандемии

Местные рекомендации по выполнению рутинной, нехирургической медицинской помощи во время пандемии отличаются и продолжают дополнятся. Во многих случаях пандемия привела к более широкому использованию телемедицины для оказания дерматологической помощи (т. е. теледерматологии). В сценариях, в которых личный уход остается необходимым или целесообразным, указываются меры предосторожности для ограничения риска передачи инфекции. (См. "Телемедицину" ниже и "Личный уход" ниже, а также "Ссылки на Руководящие принципы общества: Коронавирусная болезнь 2019 [COVID-19] – руководящие принципы для специализированного ухода", раздел "Дерматология")

Телемедицина. Телемедицина предоставляет возможность оказывать медицинскую помощь при одновременном снижении риска заражения врачей, персонала и пациентов от лиц с COVID-19 [82,83]. Для теледерматологической помощи используются как синхронные (например, одновременная двусторонняя связь между пациентом и врачом по телефону или видеоконференцсвязи), так и асинхронные (например, хранение и прямая передача изображений для последующей оценки врачом) способы [84]. Структурированный процесс сортировки может быть полезен для выявления пациентов, которым требуется личный, а не телемедицинский визит [85,86].

Телемедицина также может быть подходящим вариантом для стационарной дерматологической помощи в некоторых случаях. Общество дерматологов-госпиталистов разработало алгоритм по оценке приоритетности консультаций и выполнения безопасной стационарной дерматологической помощи [87].

Были высказаны опасения по поводу конфиденциальности и безопасности телемедицины [88,89]. Выбранная платформа должна соответствовать местным правилам конфиденциальности. В связи с пандемией COVID-19 некоторые регулирующие органы ослабили или отменили правила, чтобы обеспечить большую гибкость в телемедицине [90].

Личный уход за больными следует проводить с соблюдением надлежащих мер инфекционного контроля. Это обычно включает в себя, по крайней мере, скрининг пациентов и использование соответствующих средств индивидуальной защиты (СИЗ) [91-93]. Отдельно рассматриваются передовые методы борьбы с инфекцией в клинических условиях. (См. "Коронавирусная болезнь 2019 [COVID-19]: Инфекционный контроль в системе здравоохранения и на дому", раздел "Инфекционный контроль в системе здравоохранения")

Хотя риск передачи тяжелого острого респираторного синдрома коронавируса 2 (SARS-CoV-2) через такие процедуры, как дермоскопия, остается неясным, врачи должны быть осведомлены о возможности передачи инфекции через оборудование, которое может контактировать с несколькими пациентами. Что касается дерматоскопии, то бесконтактная дерматоскопия является предпочтительной формой дерматоскопии во время пандемии. Примеры дополнительных предложений по снижению риска передачи заболевания через дерматоскопию включают дезинфекцию дерматоскопа спиртом в течение не менее одной минуты до и после обследования, использование пищевой пленки из поливинилхлорида или стеклянного слайда между линзой и очагом поражения, использование спиртового геля в качестве интерфейсной среды и использование одноразовых кожухов для дерматоскопических линз [94-96].

Регистры

С целью повышения осведомленности о дерматологических проявлениях и влиянии COVID-19 на пациентов с дерматологическими заболеваниями были разработано несколько регистров. Например:

─ Общие дерматологические проявления COVID-19 или пациенты с любым ранее существовавшим дерматологическим состоянием:

─ Псориаз:

  • Регистр псориаза для исходов, терапии и эпидемиологии инфекции COVID-19 ( PsoPROTECT);
  • Эпиднадзорная эпидемиология коронавируса (COVID-19) в рамках регистра исключения из исследования (SECURE-Psoriasis Registry).

─ Атопический дерматит:

  • Эпиднадзорная эпидемиология коронавируса (COVID-19) в рамках регистра исключения из исследования (SECURE-AD Registry).

─ Алопеция:

  • Эпиднадзорная эпидемиология коронавируса (COVID-19) в рамках регистра исключения из исследования (SECURE-Alopecia Registry).

─ Гидраденит гнойный:

─ Акральные изменения в педиатрической популяции:

Регистры по ревматологическим заболеваниями рассматриваются отдельно. (См. "Коронавирусная болезнь 2019 [COVID-19]: уход за больными с системными ревматическими заболеваниями во время пандемии", раздел "регистры заболеваний")

Разработанные руководства

Ссылки на руководящие принципы для общества и правительства, финансируемые из отдельных стран и регионов по всему миру, приводятся отдельно. (См. "Руководства Обществ: Коронавирусная болезнь 2019 [COVID-19] – руководство по специализированной помощи" и "Руководства Обществ: Коронавирусная болезнь 2019 [COVID-19] – международные и правительственные руководящие принципы для общего ухода" и "Руководства Обществ: Коронавирусная болезнь 2019 [COVID-19] – ресурсы для пациентов")

Руководства для пациентов

UpToDate предлагает два типа учебных материалов для пациентов: «Базовая памятка» и «Продвинутая памятка». «Базовая памятка» для обучения пациентов написана простым языком, на уровне сложности для 5-6 классов, отвечает на четыре или пять ключевых вопросов, которые могут возникнуть у пациента в связи с данным состоянием. Эти статьи лучше всего подходят для пациентов, которые хотят получить общий обзор и предпочитают короткие, легко читаемые материалы. Помимо базовой памятки есть еще более длинные, более сложные и более детальные рекомендации. Эти рекомендации по степени сложности соответствуют 11-12 классам и лучше всего подходят для пациентов, которые хотят получить углубленную информацию и владеют некоторыми медицинскими терминами.

Вот статьи для обучения пациентов, которые имеют отношение к этой теме. Мы рекомендуем вам распечатать или отправить по электронной почте эти темы своим пациентам. (Вы также можете найти статьи для обучения пациентов по различным темам, выполнив поиск в разделе «Информация о пациенте» и по ключевым словам, представляющим интерес.)

Резюме и рекомендации

  • Множественные кожные проявления были описаны у пациентов с подтвержденным или предполагаемым тяжелым острым респираторным синдромом коронавирусной инфекции 2 (SARS-CoV-2). К ним относятся болезненные высыпания, крапивница, перниоидные, акральные поражения, ливедоподобные, сосудистые поражения и везикулярные, ветряноподобные высыпания. Тяжелый мультисистемный воспалительный синдром с мукоцилиарным, системным, лабораторным и визуализирующим признаками атипичной, тяжелой болезни Кавасаки также был зарегистрирован у детей и подростков с коронавирусной болезнью 2019 года (COVID-19). (См. "Кожные проявления COVID-19 " выше и "Коронавирусная болезнь 2019 [COVID-19]: Мультисистемный воспалительный синдром у детей")
  • Травмы кожи, механический/фрикционный дерматит и контактный раздражающий дерматит рук из-за средств индивидуальной защиты (СИЗ) и мер гигиены рук были зарегистрированы у большинства медицинских работников, участвующих в уходе за пациентами с COVID-19. Использование барьерных пленок или повязок в точках давления СИЗ и частое использование смягчающих средств после мытья рук может помочь уменьшить повреждение и раздражение кожи. (См. "Дерматологические состояния, связанные с пандемией COVID-19" выше)
  • Пандемия COVID-19 внесла свой вклад в необходимость корректировки аспектов дерматологической помощи. Примеры включают корректировки в подходах к иммуносупрессивному лечению, фототерапии, лечению рака кожи и рутинному клиническому уходу. (См. "Терапевтический подход во время пандемии" выше и "Оказание медицинской помощи во время пандемии" выше)
  • Влияние иммуносупрессивной терапии дерматологических заболеваний на риск развития инфекции SARS-CoV-2 и риск развития осложнений COVID-19 неясен. Решение о продолжении или начале иммуносупрессивной терапии дерматологических заболеваний во время пандемии должно приниматься на индивидуальной основе. Примеры важных факторов, которые следует учитывать, включают инфекционный статус пациента, рассматриваемый иммунодепрессант и влияние прекращения лечения на дерматологические заболевания и сопутствующие патологии. (См. выше раздел "Терапевтический подход во время пандемии")
  • Учитывая отсутствие доказательств, указывающих на преимущество прекращения иммуносупрессивной терапии у пациентов без COVID-19, продолжение иммуносупрессивной терапии при дерматологических заболеваниях считается безопасным и подходящим вариантом для этой группы клиентов. Решение о начале нового иммуносупрессивного препарата должно включать тщательное рассмотрение потенциальных рисков и преимуществ терапии. Для пациентов с риском тяжелого течения COVID-19 может быть соответствующее отложить иммуносупрессивные обработки в пользу других терапий. (См. выше раздел "Пациенты без COVID-19")
  • Активная инфекция является общепринятым показанием для прекращения и переноса начала иммуносупрессивной терапии, и некоторые профессиональные организации, включая Американскую академию дерматологии, выпустили заявления, рекомендующие прекращение применения иммуносупрессивных препаратов при кожных заболеваниях у пациентов, у которых развивается COVID-19. Учитывая недостаточность данных о рисках и преимуществах прекращения лечения, решение о продолжении или прекращении иммуносупрессивного лечения у пациентов с предполагаемым или подтвержденным COVID-19 может приниматься на индивидуальной основе. В случае прекращения лечения иммуносупрессивная терапия может быть возобновлена после полного восстановления формы COVID-19. (См. выше раздел "Пациенты с предполагаемым или подтвержденным COVID-19")
  • Пандемия COVID-19 способствовала более широкому использованию телемедицины для оказания рутинной клинической помощи. При проведении очных посещений следует принимать соответствующие меры инфекционного контроля. (См. выше раздел "Оказание медицинской помощи во время пандемии")

Пусть больше людей узнает о проектеПоделитесь с друзьями и коллегами. Вместе победим! 💪